-
Эксперимент с удаленной работой по большей части провалился.
-
Удаленная работа сделала нашу трудовую культуру более ленивой, от чего мы еще не оправились.
-
Большинство людей не могут долго сидеть дома в одиночестве и быть счастливыми. Это не в нашей природе.
МНЕНИЕ ⟩ Эксперимент с удаленной работой провалился: сотрудники должны вернуться в офисы
28.05.2026
Многие эстонские предприниматели и инвесторы сегодня на себе ощущают, как постковидные годы породили в эстонской трудовой культуре расхлябанность, из которой очень сложно выбраться. Даже за намек на это есть риск попасть под каток общественных дебатов. Об этом свидетельствует недавний опыт крупного акционера LHV Райна Лыхмуса. Член правления Neutro Capital Кеннет Карпов пишет, что если мы хотим изменить ситуацию, пора говорить честно.
Последние четыре посткоронавирусных года стали крупнейшим экспериментом на рынке труда в истории. Мы отправили миллионы людей по всему миру по домам, объявили офисы устаревшими и заявили, что будущее - за распределенной, свободной и не зависящей от местоположения работой.
Результат? Производительность компаний стагнирует. Молодые специалисты социально изолированы. В начале карьеры молодым людям нужны окружающие. В двадцать с лишним лет они не просто составляют резюме, а выстраивают отношения, понимают, как на самом деле устроены дела, и развивают профессиональную интуицию, которой не научит ни один курс. Руководителям также становится все труднее понять, действительно ли их команды работают или просто существуют.
Эксперимент с удаленной работой в значительной степени провалился, и чем дольше мы отказываемся это признавать, тем дороже он нам обойдется.
«Но статистика показывает, что производительность выросла»
Производительность - это результативность, а не деятельность. Производительность человека определяется не тем, сколько часов он просидел за ноутбуком, а тем, какого результата он достиг. Не измеряли ли мы в эпоху удаленной работы в основном время, проведенное за компьютером, и называли это успехом?
Удаленная работа может быть хороша для задач, требующих концентрации: анализа, составления отчетов, написания текстов. Но придумать что-то действительно новое на удаленке - это просто не работает. Инновации не рождаются во время 45-минутного видеозвонка, запланированного в календаре. Они требуют хаоса, вмешательства и энергии пространства. Мы заменили инновации оптимизацией и ошибочно называем это успехом.
Производительность - это и то, что нельзя измерить: идея, родившаяся в коридоре. Общая воля к действию и командный дух. Решение, принятое за две минуты у кофемашины, а не в результате трехнедельной переписки по электронной почте. Молодой сотрудник, который увидел, как опытный коллега разговаривает с клиентом, и научился тому, чему не научит ни один онлайн-курс.
Как следует измерять результативность? Начиная с правильных вопросов. Не «сколько часов ты работал», а «что было сделано и было ли принято решение». Результативность - это качество и движение дел вперед. Часть ценности всегда останется неизмеримой: разговор в коридоре, случайная идея, молодой коллега, научившийся чему-то, подслушав разговор. Но то, что мы не умеем это измерять, не означает, что мы должны мириться с ее исчезновением.
Косвенная причина экономического спада в Эстонии?
О причинах экономического спада в Эстонии много спорили: цены на энергоносители, охлаждение экспортных рынков, высокая инфляция. Все это реально, но один фактор остался неупомянутым из-за своей неудобности: прошедшие годы сделали нашу культуру труда более ленивой, и мы из этого состояния еще не вышли.
Этот разговор ведется в эстонских компаниях каждую неделю между руководителями, владельцами и инвесторами. Публично - редко, потому что тема деликатная, но молчание не решает проблему.
Растущая компания не может позволить себе команду, которая разобщена, не имеет связи и находится в культурном вакууме. Компания, желающая оставаться прибыльной, не может допустить, чтобы принятие решений зависело от настроения каждого отдельного сотрудника.
Гибридная работа - это привилегия, за которую кто-то платит
Есть один сектор, где гибридная работа хорошо функционирует: государственный сектор. Не потому, что там лучше управление, а потому, что последствия другие. У госучреждений нет клиентов, которые уйдут к конкуренту. Нет инвесторов, которые спрашивают о результатах. Нет риска, что кто-то другой сделает то же самое быстрее и лучше.
Поэтому госслужащие могут позволить себе гибридную работу. Руководитель в частном секторе, который пытается конкурировать в том же темпе с финскими, латвийскими или международными компаниями, не может.
Так что вопрос не из легких. Проблема не в самой возможности удаленной работы, а в том, что она становится нормой по умолчанию, за которой можно спрятаться, и когда никто больше не спрашивает, что на самом деле происходит с организацией.
Косвенная причина экономического спада в Эстонии?
О причинах экономического спада в Эстонии много спорили: цены на энергоносители, охлаждение экспортных рынков, высокая инфляция. Все это реально, но один фактор остался неупомянутым из-за своей неудобности: прошедшие годы сделали нашу культуру труда более ленивой, и мы из этого состояния еще не вышли.
Этот разговор ведется в эстонских компаниях каждую неделю между руководителями, владельцами и инвесторами. Публично - редко, потому что тема деликатная, но молчание не решает проблему.
Растущая компания не может позволить себе команду, которая разобщена, не имеет связи и находится в культурном вакууме. Компания, желающая оставаться прибыльной, не может допустить, чтобы принятие решений зависело от настроения каждого отдельного сотрудника.
Гибридная работа - это привилегия, за которую кто-то платит
Есть один сектор, где гибридная работа хорошо функционирует: государственный сектор. Не потому, что там лучше управление, а потому, что последствия другие. У госучреждений нет клиентов, которые уйдут к конкуренту. Нет инвесторов, которые спрашивают о результатах. Нет риска, что кто-то другой сделает то же самое быстрее и лучше.
Поэтому госслужащие могут позволить себе гибридную работу. Руководитель в частном секторе, который пытается конкурировать в том же темпе с финскими, латвийскими или международными компаниями, не может.
Так что вопрос не из легких. Проблема не в самой возможности удаленной работы, а в том, что она становится нормой по умолчанию, за которой можно спрятаться, и когда никто больше не спрашивает, что на самом деле происходит с организацией.
Человек органически не создан для того, чтобы сидеть в одиночестве
Большинство людей не могут долго и счастливо сидеть дома в одиночестве. Это не соответствует нашей природе. Человек - существо социальное, ему нужен контакт, подтверждение, чувство принадлежности. Работа - часть идентичности. Место, где ты работаешь, - часть этой идентичности.
Удаленную работу называют свободой, но для многих это, наоборот, исчезновение границ. Когда кухонный стол - это офис, рабочий день никогда по-настоящему не заканчивается. Сообщения приходят вечером, ноутбук всегда под рукой, и нет места, откуда можно уйти. Физический офис возвращает нечто важное: возможность в конце дня закрыть за собой дверь и пойти домой.
Изоляция скрыто нанесла ущерб психическому здоровью, креативности и чувству единения сотрудников с компанией. Говорить об этом неудобно, потому что это звучит как нападки на сотрудников, хотя на самом деле это защита их интересов.
Решение не в том, чтобы вернуться в 2019 год, когда все должны сидеть за столом в девять утра. Решение - создать среду, куда люди захотят приходить, и затем ожидать, что они это сделают.
Источник: https://rus.postimees.ee/


